Тема: Кряк для бернаут парадайс


— К сожалению, сейчас нет, ответил Борковский, слегка смутившись. — Один бернаут при нас состоял, но я его послал к Щорсу. Ну, тоди сидайте, Боженко улыбнулся и сразу оживился, сидайте, прошу вас, сидайте.— Боженко любезно подал инспектору стул и, когда тот уселся, придвинулся к нему и похлопал его по плечу.— Сукин ты сын, стерво! Помню.— Боженко взял со стола большую лупу и, прижмурив один

Кряк для бернаут

, начал внимательно рассматривать Борковского, словно маленькое пятнышко на военной карте.—-Помню, как же. — рассердился Боженко и, стукнув кулаком по Кряку, тоже встал.— Сейчас иду в бой. — Боженко поднял рюмку коньяку и хотел было уже отправить ее в рот за поминовение убиенных, но тут вдруг распахнулась дверь, и в Кряк для бернаут вошел Щорс, а за ним Вурм. Рюмка Боженко долетела мимо рта в раскрытое окно вагона. Щорс был взволнован чрезвычайно и, видимо, очень спешил: — Здорово, комбриг. Прибыла помочь.— И Боженко показал на инспектуру.— Марш за оружием! — загремел Щорс, придя мгновенно в неописуемую ярость. слухаю, ответил тишайшим голосом Боженко и спешно вышел из вагона. На перроне к Боженко подлетел на взмыленном коне Лобода — Василь Назарович! — Это гнусная партизанщина, и вы за это ответите!--горячился Борковский. Вурм понял взгляд и попросил инспекцию оставить его наедине с Щорсом для партийного разговора. Прав я был, когда бросил свой штаб и примчался сюда? Так вам и надо, ответил Вурм.—Не хотите брать культурных командиров, хотя бы того же Борковского в начальники штаба к Боженко.... В штабе и в Реввоенсовете многие думают, что ;вся ваша дивизия пропитана (партизанским духом. — Так, сказал Щорс, подойдя к Вурму.— Значит, дивизия в сорок тысяч бойцов, прошедшая с боями через всю Украину от Унечи до австрийской границы, побившая немцев, гетмана, Петлюру, дивизия, которая на пути своего следования создала органы Советской власти, это партизанщина? — Простите, но вы подчиняетесь Троцкому, а не Ленину. У соседнего эшелона большая толпа красноармейцев окружила инспекторов. Пожилой красноармеец Шерстюк держал за грудь Борковского и громко кричал: — Стой, стой! Я его вот таким еще знаю!—не унимался Шерстюк, показывая рукой на метр от земли. Таращанцы посыпали в теплушки, и эшелон двинулся вперед. Долго смотрел Щорс вслед уходящему поезду, словно предчувствуя, что не видаться уже ему с Боженко никогда.


Количество пользователей, читающих эту тему: 6

1 зарегистрированных, 5 гостей

Онлайн: Randal