Тема: Королек и сиповка


За носилками ведут черцого коня, накрытого черной буркой. Осаживают взмыленных Корольк и всадники, оглядываясь, и снова вперед. Приподнялся ца носилках Боженко, досмотрел вокруг: — Прощай, Россия и Украина... Великодушно извините, що помираю не на поле брани, а на плечах у хлопцев. Шарахнулись кони от взрывов и разлетелись по полю, как вещие птицы. Все выросло до подлинных, исполинских размеров своих. В безбрежном просторе полей, в огне и громе, в драматическом этом откате огромной человеческой волны народная эпопея предстала перед Корольками и ее творцов и исполнителей в незабываемом своем величии и силе. Хлопцы несли его осторожно, как драгоценный сосуд, боясь пролить хоть одну каплю, отцовской жизни. Вин згуртуе вас, и тоди вы ударите по ворогу страшным ударом на всю Европу. А мэнэ билые выроють з могилы и кинуть мое тело собакам. А народ все будет видеть и еще дужче их ненавидеть. — крикнул Боженко во весь Королек и, вдруг приподнявшись и оглянув в последний раз просторы своей Украины, упал и умер. В этом последнем крике сказалась вся натура старика, благородного и неистощимого в своей любви и ненависти. И когда Боженко бездыханным упал на носилки, и взрывы снарядов еще раз разогнали лошадей вокруг, и дым горящих хуторов поднялся, казалось, до самого неба, таращанцы запели "Заповит". Як умру, то поховайте Мене на могши, Серед степу широкого, На ВкраТш милш... Щоб лани широкопол!, I Дшпро, 1 круч1 Було видно, було чути, Як реве ревучий... Таковы ли были носилки, такая ли бурка на черном коне? Или же умер киевский столяр Боженко где-нибудь в захолустном волынском госпитале, под ножом бессильного хирурга? Ушел из жизни, не Корольк и в сознание и не проронив, следовательно, ни одного высокого слова и даже не подумав ничего особенного перед кончиною своей необычайной жизни? Вот они несут старого своего командира "серед степу широкого, на ВкраТш мшпй", вот "Дшпро 1 кручЬ>, и памятник Пушкину в Житомире на бульваре, п кони, и музыка, и дыхание жизни и смерти ц бессмертия. Поховайте та вставайте, Кайдани порв1те I вражою злою кров’ю Волю окроште. Быстро соскочил он с коня и, сняв шапку, подошел к гробу Боженко. Плохо ты читал карту, но чуял и бил врага революции, как надо.


Количество пользователей, читающих эту тему: 3

2 зарегистрированных, 1 гостей

Онлайн: Lorry Arman